Коррупция в Кении

Коррупция в Кении

15 февраля 2015 — Администратор

 В ноябре 1980 г. заместитель министра по делам местного самоуправления В. Канджа, активный участник движения May May, известный своими критическими высказываниями по поводу социальной, несправедливости и коррупции в Кении, выступил в парламенте с обвинениями в адрес министра конституционных и внутренних дел и ряда других деятелей, затронув, в частности, вопрос об убийстве Т. Мбойи и Дж. М. Кариуки и потребовав расследования. Канджа был немедленно освобожден от занимаемой должности, а впоследствии, в сентябре 1981 г., после того как у него дома полиция произвела обыск и обнаружила незначительные суммы в иностранной валюте, был под этим предлогом осужден на три года тюремного заключения. Соответственно он потерял и место депутата парламента.

В сентябре 1981 г. полиция начала также «расследование» имевших якобы место злоупотреблений со стороны ряда членов парламента при предъявлении счетов но транспортным расходам. Характерно, что в число «подозреваемых в злоупотреблениях» попали депутаты, относимые: местной прессой к группе радикалов, а именно: К. ва Вамвере, А. Абуйя, В. Ндомби, Дж. Оренго, О. Мадика, Л. Сифуна, М. Мвачофи и Ч. Мутаи. Последняя, известная с 1973 г. как боевой студенческий лидер, а затем как радикальный член парламента, уже однажды осужденная в 1976 г. на тюремное заключение, была вынуждена после передачи ее дела в суд искать политического убежища в Танзании. 9 февраля 1982 г. О. Одинга организовал пресс-конференцию, приурочив ее ко времени проведения в Найроби сессии Комитета ОАЕ по Западной Сахаре. В своем заявлении Одинга подверг резкой критике экономическую деятельность и внешнюю политику кенийского руководства, Подчеркнув, что и та, и другая «находятся под контролем внутренних и внешних сил эксплуатации», что процесс поляризации богатства и нищеты в стране усиливается. В этом заявлении подчеркивалось также, что переживаемые страной экономические трудности вызваны не теми факторами, на которые ссылается правительство (то есть высокими ценами на нефть, инфляцией и экономическим спадом во всем мире), а «коррупцией, неправильным расходованием валютных резервов, импортом предметов роскоши, плохим планированием, излишней зависимостью от иностранной покощи и неправильным ее использованием, а также отсутствием обстоятельной политики в области энергетики». Одиига осудил «предоставление военных возможгостей иностранной державе без согласия народа» Кении и подверг критике предложенную Международным галютным фондом программу «массированной девальвации кенийской валюты, сокращения расходов на общественные и социальные нужды, замораживания планов национального развития, усиления частного сектора за счет государственного».
Характерно, что если в более ранний период правления Мои подобные критические высказывания Одинги относились к «немногочисленной клике в Кении», по не к президенту лично, то на упомянутой прессконференции он не делал никаких разграничений и, как писал журнал «Уикли ревыо», «было очевидно, что он выражает оппозицию всей экономической и политической программе правительства».
Вслед за пресс-конференцией Одинги в общественно-политических кругах Кении стало высказываться мнение, что публичное выступление бывшего вице-президента Кении и лидера запрещенной партии СНК есть не что иное, как подготовка к созданию новой оппозиционной партии. В ответ на это Одрнга вынужден был выступить 15 мая 1982 г. с публичным опровержением, в котором он, в частности, отмечал, что «ни один член КАНУ не захотел бы образовывать другую партию, поскольку наша правящая партия по своему уставу является достаточно социалистической. Устав партии был основан на африканском социализме… только капиталистам надо отходить от КАНУ и формировать другую партию». В то же время Одинга подчеркнул: «Будучи кенийцем, я имею такое же право обращать внимание на недостатки нашего правительства, как и любой другой лидер… Я не поколеблюсь в своем решении указывать на такие недостатки независимо от того, нравится это кому-то или нет». Несмотря на опровержение
Одинги, президент заявил 20 мая об исключении его из КАНУ на основании того, что тот якобы «занялся раскольнической политикой и пропагандой против министров кабинета Кении, рассчитанной на разделение кенийского народа». Вслед за Одингой из КАНУ был исключен и один из организаторов этой прессконференции — Дж. Аньона, а решение президента утверждено 24 мая Руководящим советом и Национальным исполнительным комитетом КАНУ.

Добавить комментарий